Vadik222's News


Я очень теплый, добрый и мягкий человек. 4084475_150324530433_4bab561b.png


Information content! 1!

2017-08-12 23:19:07 by Vadik222
Updated

Нас каждый день наёбывают и говорят что есть какое-то будущее.

4084475_150259429792_555.png

Hmm... It seems.

It seems no.


Приторно сладкий запах. Мы все в аду.

2017-08-08 08:12:28 by Vadik222
Updated

Нет ничего плохого в смерти.
Тазик-эвтаназик одобрим на законодательном уровне. Всем и каждому.
https://www.youtube.com/watch?v=b_4akTYz4Us

Как выглядит издевательство?
Это длительная не возможность довести мысль о том, что хочешь дать врачу в табло.
Поддерживание и закаливание оболочки только для того, чтобы взорваться.

Глупые вопросы на которые не хочешь адекватно отвечать.
Начинаешь извращаться, а оные спрашивают и требуют то же самое с невозмутимым видом.
Играй сука, без рук. Ногами играй, мразь. Доставай гитару, мягкотелый пидор.

Специалиста жалко и пациента.
Ну вас всех в хуй.

Перестал получать удовольствие от чего-либо.

4084475_150219346862_brutal_doom_moments_1_by_starmansurfer-d6plbxp.png


Потребность убивать.

2017-08-08 02:13:32 by Vadik222
Updated

https://www.youtube.com/watch?v=L6OFR1ta5us

https://www.youtube.com/watch?v=sPrE9G1aCOw


4084475_150216836493_dB5B8eFcSnM.jpg

Я двумя руками голосую за евгенику, однако этого мало.

Ты можешь быть добрым, честным с окружающими.
Но отбор в
капиталистическом обществе заставляет ненавидеть. 
Бросать в топку все человеческие качества, подстраиваться, мимикрировать.

Власть большинства, размножение без цели.
Инстинкты, невежество. 

Это ведь точно такая же привилегия. 
Создание социальной ячейки не жизненная цель. 

Хотя, естественный прирост в упадке.
Государство пополняется людьми которые не уважают ни ценности, ни культуру страны.

Что-то более модное. Что-то более выёбистое.
На более слабого и безразличного ко всему вокруг будет оказано моральное и физическое давление.

Я не вижу большой радости жить, даже если ты всегда будешь в комфорте.


До физической боли тянет блевать.

2017-08-05 23:40:15 by Vadik222
Updated

Мне просто насрать на своё лицо.
Возможно, это не так уж и плохо.

Хочу извиниться за боль и страдания перед людьми с которыми общался.
За любой дискомфорт который мог причинить кому-либо. 
4084475_150201151871_14794797144100.png4084475_150201153673_download.png4084475_150201155122_90c46e57ac1deac8a08091b95b8a9f35.jpg4084475_150201227831_Awesome-template-800px.png


Есть ли Бог?

2017-07-31 12:42:50 by Vadik222
Updated

Зависит от того, что вы под этим подразумеваете.
Мы вполне могли бы создать его или осознать. 

Если наделять эволюцию смыслом.
Создание жизни стойкой перед тепловой смертью. 

Всё наше существование, сопротивление хаосу, (при этом хаос есть неотъемлемая его часть.)
подчиняется вселенским законам. Живые существа, понимающие, в каком-то смысле вне системы.

Если для тебя ад был, как объективная реальность. Он навсегда останется.
Покуда не останется вообще ничего.
Это и есть жизнь, бессмертная перед чем-либо.

Осознание собственной жизни.
Несёт настолько угнетающий эффект.

Что сознание, как и любая правовая система.
Начинает работать не на развитие, а сохранение.

Ты просто деградируешь, хуй.
Трипиздоблядскийуёбок.

Ты. Морально. Мёртв.  

4084475_150268280661_.jpg
 


Стас и все-все-все.

2017-07-28 16:36:14 by Vadik222
Updated

Я забыл отдать тебе свой бурито, парень. 4084475_150127412072_RXJSLBUTpBg1.jpg


Стройка УНР-261.

2017-07-28 15:01:37 by Vadik222
Updated

4084475_150126837591_ZpOWtFMU8pA1.jpg4084475_150126847692_Xm-YWyvyslU1.jpg


Полиция порядка и порция жалости.

2017-07-20 11:01:48 by Vadik222
Updated

Няш мало знает об этом, 
но у него очень большая семья.

Они не все одинаковы. Индивиды. 

Подразделения требуют разных умений.
В основном он остаётся добрым и очень ласковым в угоду населению.

Верен своей отчизне. 
Пиздит неприятиля дубинкой усердно.
С состраданием и пониманием, — ведь надо.

Нередко Няши устраивают бунты, но их давят свои же с улыбкой на лице.

"-Это ведь ваша родина, ребята!.."
*Звук водяной пушки*

Случись Няшу побывать в родных краях... Хватит сердечный приступ.

А управляет всем этим захолустьем, барин. Некий Г. В.

-
Нулевой Няшкин общительный, доброжелательный и сердобольный.
Возможно, последнее даже слишком сильно развито в нём, ведь легко становится доверчивым и наивным потакая другим людям. 

Часто чувствует недоброе, когда его пытаются обмануть.
Не в шутку, а желая сделать больно, так или иначе причинить моральный или физический вред.

Неумолимая филантропия берёт своё даже в этой ситуации.
Он может сделать не правильный выбор из-за преобладающего чувства жалости к другим. 

Возможно он покупал и приносил домой всякую ненужную дребедень,
чтобы помощь "бедной, старой женщине."
Хотя это происходит далеко не впервой. 

Или отдал тому подозрительному человеку последние деньги, после, плёлся несколько километров до дома пешком прижав ушки к голове от дождя и обхватив руки сгорбившись. 

Остановилась машина. 
Водитель окинул презрительным взглядом неку опустив стекло.
Что-то толкнув "о засилье ушастых" человек сделал затяжку и кинул окурок в сторону Няша. 

Стекло закрылось и машина поехала дальше, окатив ушастого Христа водой из лужи.4084475_150056295873_uz03vvdaMLg.jpg4084475_150056289073_oZ4FyAnVokQ.jpg


Смех и раздражение.

2017-07-20 09:51:32 by Vadik222
Updated

(a.k.a - Tarraka.)

В этот зимний вечер Няшкин торопился добраться до дома. В особенно холодные дни, как сегодня, он сокращал свой путь через дворы. Не только быстрее, но и ветра меньше. Откуда Няшкин мог знать, что сегодня под одной из арок на его протоптанном пути от холода пряталась мрачная личность. 
Как ни в чём не бывало Няшкин хрустел утоптанным снегом, идя по тихим переулкам. Почти никого не встречая по пути, он расслабил свои уши, пригнув их под шапкой. Покидая один микрорайон, переходя в следующий, он зашёл под арку. Хруст снега отдавался звонким эхом от стен этой кирпичной пещеры, оповещая тёмную фигуру, спрятавшуюся в закутке для служебной двери, о том что кто-то приближается. Няшкин, погружённый в свои мысли и путь помой, поначалу даже не заметил, как на него из темноты кто-то смотрит. Лишь поравнявшись с углублением в стене тоннеля, слух и периферийное зрение вернулись к Няшкину, выводя из транса, заставив остановится прямо перед наблюдателем. В полу-испуге, замедленном холодом, Няшкин развернулся и встретился глазами с незнакомцем. Рефлекторно уши его выпрямились, от чего шапка подпрыгнула и слегка вздыбилась. Соображая, что на улице сейчас почти никого нет, и он тут один наедине с этим человеком, Няшкин впал в короткий ступор, спровоцированный осознанием того, что он совсем забыл на сколько уязвим. В панике мыслей о том, что он слишком расслабился и потерял бдительность, Няшкин стоял практически неподвижно, в то время как фигура вышла из тени и двинулась в его направлении. Только оказавшись практически лицом к лицу с незнакомцем, Няшкин вернулся в настоящее время и ринулся с места, но вместо того, чтобы убежать из опасного тоннеля, он чуть не упал, моментально чем-то остановленный. Незнакомец поймал его за руку, в которой был небольшой пакет. Немногочисленные продукты упали на снег, брошенные в отчаянной попытке освободиться. Няшкин пытался разжать схватившую его над локтем руку, дёргаясь и метясь. Безуспешно. 
В следующее мгновение вторая рука агрессора сорвала с Няшкина шапку, оголяя и так замёрзшие уши. Удручённо кивнув несколько раз, незнакомец на столько сильно толкнул Няшкина, что тот, не готовый и не имея хорошей опоры, полетел в ту сторону, в которую всё это время пытался вырваться. Оказавшись на холодном, запорошенном снегом асфальте, Няшкин не успел ещё даже сориентироваться, как тёмная фигура оказалась прямо над ним. 

-Что же тут шляетесь, мерзкие твари, - произнёс озлобленный голос где-то над Няшкиным. - В зоопарке твоё место. 
После этих слов чувствительное от холода ухо Няшкина с силой сдавило. Боясь причинить себе ещё большую боль, Няшкин тщетно пытался не двигать головой, и лишь освободить своё ухо руками, которые сомкнулись на кисти незнакомца. В ответ на это боль только усилилась, и ухо потянуло в сторону. Няшкин, продолжая царапать пальцы нападающего, последовал за силой таскавшей его за ухо. Незнакомец, вовсе не обращал внимания на немощное сопротивления Няшкина, который даже не скулил и не кряхтел, а просто отчаянно дышал. Свободно шагая и тягая неку за собой, агрессор заставлял Няшкина ползать туда-суда по тоннелю, в итоге вынудив его лечь на грязный снег лицом, вдавливая его голову и ухо в землю. Беспомощно распластавшись на полу, измазанный в чаче, которой стал снег после всей возни, Няшкин неожиданно почувствовал, что его почти немое ухо наконец отпустило. Мгновение неизвестности продлилось достаточно долго, чтобы Няшкин, боявшийся поднять глаза, подумал что всё кончено. Но вместо этого на его голову опустился ботинок, с новой силой впечатавший его в грязь. Няшкину казалось, что он чувствовал каждую деталь узора на подошве. Это было унизительно, но хотя бы не так больно. 
Хоть ботинок и продолжал утюжить голову, воспалённое ухо от адского жжения вернулось к обнадёживающему теплу нормального кровообращения, ощущаемое даже через холод зимней ночи. Казалось нападавший устал не меньше Няшкина, извозив им весь тоннель под аркой. Или по крайней мере умерил свой пыл. С какой-то надеждой, хоть незнакомец всё ещё стоял на его голове, Няшкин попытался приподняться, что ему, на удивление, удалось. Вес ботинка снисходительно перестал вдавливать Няшкина в снег, позволив ему хоть как-то сесть. Но Няшкин даже глаз не успел поднять, как сильный удар опрокинул его назад. Вся голова онемела. Как сломанная кассета, в сознании повторялся тот момент, как ботинок приближался с молниеносной скоростью, как встречная машина. Сам момент удара на этой "плёнке" не был запечатлён. 
Няшкин словно лежал на дне неглубокого колодца. Над ним: лишь кирпичный потолок и редкая метель из отдельных снежинок. В эту мирную картину вмешался незнакомец. Он смотрел вниз в колодец, сжимая в зубах сигарету. 
Няшкин ничего не чувствовал, но что-то заставило его согнуться в судороге. Вкус крови неожиданно пробился через отключённые рецепторы на языке, когда Няшкин, поднявшись, беспомощно наблюдал, как нога незнакомца непринуждённо топтала его в живот. Как поршень, она ходила вверх-вниз, совершенно не обращая внимания на руки Няшкина, которые пытались цепляться за штанины. После очередного удара, нога зависла в воздухе и с размаха пнула Няшкина в грудь, вновь отбросив его на спину. Окружающий мир превратился в смазанную картинку без звука и запаха. Тело уже не болело, Няшкин его не чувствовал, оно просто тянуло вниз, словно было сделано из поленьев. 
Сломанная нека хаотично корчилась и ползала по снегу, усыпанному ярко-красными ягодами рябины. 
Не нарочно сжевав фильтр у своей сигареты, незнакомец вытащил её изо рта, неспешно подойдя к Няшкину, и достал блок снова. Демонстративно отхаркивая смолянистую жижу на свою жертву, которая уже и реакции не подавала на то что та капало ей на лицо, человек произвёл из пачки новую сигарету. Взяв её в рот заместо старой, незнакомец присел, и убрав пачку, подобрал Няшкина за подбородок. На удивление, тот ещё реагировал и зажмурился. Прилагая усилие, чтобы держать вес полностью расслабленной жертвы, незнакомец поднёс ещё тлеющую сигарету к сжатым губам и, демонстрируя ловкость рук, пропихнул сигарету в рот. Реакция была незамедлительной. Няшкин воскликнул и упал, освобождённый от поддержки незнакомца, но крик несвоевременно прервался, когда его тело скорчила конвульсия, и светлая зеленовато-жёлтая рвота агрессивными всплесками начала вырываться из неки. 
Отпрянувший, Незнакомец был доволен неожиданным результатом, хоть один ботинок всё же за это поплатился.

X

Наблюдая, как воистину оживший Няшкин отползал от созданной им самим лужи, мучитель глубоко и с наслаждением затянулся. Няшкин уже просто машинально приподнялся и сидел на снегу, пустыми глазами наблюдая за своим истязателем. Дрожащими руками он с непонятной целью и умыслом пытался привести себя в порядок, застёгивая пуговицы, отчищая снег и грязь. Однако это ему плохо удавалось. В его общих движениях можно было понять желаемые действия, но ему не хватало моторики, что застегнуть хоть одну пуговицу на рубашке, в глазах плавали пятна и всё двоилось, мешая ему правильно определить, где именно были пятна крови, рвоты или грязи. Няшкин метался от одних действий к другим, неспособный сконцентрироваться, и со стороны это выглядело, словно он просто мельтешил руками туда-суда по своему измученному существу. Наблюдая за этой суетой, незнакомец докурил сигарету, но залюбовавшись, не заметил, как она потухла, несмотря на то, что хотел использовать её в своих издевательствах. 
Единственное что Няшкин сумел достичь, это очистить рукава своей куртки, и только от того что постоянно вытирал слёзы и воду, которая иногда сочилась из носа от холода и плача. 
Нека оказалась на столько беспомощной, что садист даже немного опешил. Обычно к этому моменту его жертва пыталась бы убежать или хоть как-то защищалась, но Няшкин просто бессильно сидел на коленях посреди тоннеля, хлюпающий и потерянный. Словно просто ожидая, передав свою судьбу в руки истязателя. Тем самым лишая садиста заключения ко всему этому насилию. 
Не столько обеспокоенный состоянием своей жертвы, сколько движимый простым любопытством, незнакомец вновь подошёл к Няшкину, который лишь слегка сжался при его приближении. Схватив Няшкина за волосы, незнакомец опрокинул его голову назад, чтобы посмотреть на его лицо. Красные широко открытые глаза не сразу сфокусировались, и кажется снова заплакали. Рот болтался открытым и на губах виднелась высохшая кровь. В голове незнакомца промелькнула мысль о том, что эта тварь может наслаждается унижением, от чего его даже передёрнуло. С силой потянув Няшкина за волосы вверх, незнакомец приподнял его от земли. Няшкин даже сам попытался встать, “помогая”, но прежде чем он смог собрать сил чтобы подняться, удар кулаком в лицо высосал из него остаток энергии. За ним другой. И другой. Снова выброшенный за снег, Няшкин хватался за горящий скальп, и скулу. 
Обычно к этому моменту хулиган бы словесно унизил свою жертву и был таков, но само существо Няшкина его на столько взбесило, что у него уже не хватало терпения, чтобы что-то говорить. 
Снова нависнув над телом неки, незнакомец был готов продолжить избиение, но в тишину зимней ночи вмешался скрип тяжёлой двери и звон разговора. Поставив запятую, незнакомец единожды пнул Няшкина в живот и быстрыми шагами направился к выходу из тоннеля. Выглянув из-за угла, перед одним из подъездов он увидел освещённую белую скатерть снега по которой шли двое. Сопровождаемые шуршанием снега и скрипом закрывающейся за ними двери, они вели непринуждённый диалог и шли в направлении арки. 
Поспешно возвращаясь к Няшкину, который шелохнутся не посмел, незнакомец поднял усыпанную снегом шапку и с ней в руках подобрал Няшкина, лежащего на боку. Держа его под руки, он поволок неку в тёмную каморку, где совсем недавно стоял сам. Няшкин даже почти протестовал, скуля и выдавливая из себя несвязные гласные звуки, но это ему совсем не помогало. Затащив Няшкина в тесный закуток, незнакомец бесцеремонно оставил его лежать как есть. Няшкин валялся, как кукла у которой ноги не сгибаются в коленях, выгнутый в сторону железной двери в которую упирался грудью и лицом. Незнакомец скомкал подобранную шапку, завёл обе руки Няшкина ему за спину и, удерживая их в таком положении без особых усилий, начал запихивать свой “кляп” ему в рот. Наученный горьким опытом, Няшкин решил не размыкать челюстей, но после того, как кто-то наступил и придавил его ногу, сопровождая это: «Открой рот свой поганый», у Няшкина не было выбора, и он 
открыл свой рот так широко как мог. Кляп не заставил себя ждать, от чего Няшкин вновь всхлипнуть от собственной ничтожности. В агонии своего положения, когда Няшкин почувствовал, что у него во рту кроме шапки оказалась ещё и пара пальцев, он сомкнул челюсти в какой-то пулу-детской попытке мести, желая укусить обидчика. Но плотная ткань шапки не дала ему даже сдавить пальцы мучителя. Но тот, однако, всё отлично понял и быстро отдёрнул руку, зафиксировав Няшкина, схватив ею его за плечо. За этим последовали два тяжелых удара по пояснице, которые заставили Няшкина сдавленно закашлять, с шапкой во рту. 
Теперь Незнакомец не мог позволить этому мерзкому существу отделаться так “легко”. С этими мыслями он поднялся по трём ступеням которые вели вниз, к Няшкину, лежавшему на узком пяточке между дверью и ступенями. Встав, как раньше, в тени этой каморки, Незнакомец достал очередную сигарету, но пока не торопился зажигать. Полагаясь только на слух, не выглядывая из-за угла, он вслушивался в приближающееся шуршание и лепет разговора уже различимые на фоне зимнего ветра, задувающего в тоннель. 
Няшкин же, полностью поглощённый своими мыслями, не слышал ничего. Снег и грязь на шапке оттаивали, и полностью сдавшиеся сложившейся ситуации Няшкин просто глотал эту воду, даже где-то радуясь возможности утолить жажду. Темный закуток предоставлял слабое нежное тепло. На столько мимолётное, что, казалось, будто малейшее движение его спугнёт. От этого Няшкин боялся шелохнуться, оставаясь в той неудобной позиции, в которой был брошен, чтобы избежать боли, которая накатывала волнами на всё тело каждый раз, когда он пытался двигаться. Тем более что мучитель был где-то совсем рядом, и если бы Няшкин снова сделал что-то не так, то Незнакомец мог ещё больше разозлиться и ещё пуще ожесточиться. 
Так, брошенный в своей темнице, Няшкин даже не заметил, как те двое прошли по тоннелю. Незнакомец же, так же незамеченный ими, как и несколько капель крови на снегу, услышал в диалоге проходящих слово «няшкин», значение которому он не предал, так как конечно его и не знал.4084475_150055848741_G-B1J9YlCGU.jpg